USD:  27.04  27.27   EUR:  31.67  32.20

Что может спасти Европу

06.02.2013 16:20
Президент McKinsey Global Institute Эрик Лабайе уверен, что частные инвестиции – та пружина, которая способна вытолкнуть экономику Европы из рецессии

Когда Совет Европы будет проводить следующую встречу, запланированную на 7 февраля, ему следует рассмотреть частные инвестиции в качестве стимула, способного подтолкнуть застойную европейскую экономику. В то время как обычные драйверы роста ВВП ослаблены по всей Европе, только один экономический сектор в состоянии оказать положительное влияние - нефинансовый корпоративный сектор.

Действительно, в 2011 году у публичных европейских компаний размер избыточной наличности составлял 750 млрд. евро ($1 трлн.), что недалеко от 20-летнего максимума. Разблокировка этих денежных средств предоставила бы Европе гораздо больший пакет стимулов, чем любое правительство. В 2011 году, например, объем частных инвестиций в Европе составил более 2 трлн. евро, по сравнению с государственными инвестициями размером менее 300 млрд. евро.

И все же, в то время как тенденции среди экономик европейских стран менялись, инвестиции со стороны частного сектора, в целом, оказались наиболее пострадавшим компонентом ВВП во время кризиса. Частные инвестиции упали более чем на 350 млрд. евро - в десять раз больше показателей падения частного потребления и в четыре раза больше цифр по снижению реального ВВП (в период между 2007 и 2011 годами). Масштабы частного инвестиционного спада были, по сути, беспрецедентными и лежат в основе экономического спада в Европе.

Кроме того, как правило, восстановление частных инвестиций затягивается во времени. В более чем 40 случаях в прошлом, когда ВВП падал, а частное инвестирование сокращалось на 10%, восстановление занимало в среднем пять лет. С момента наступления спада в Европе уже прошло четыре года, однако частные инвестиции в 2011 году были ниже уровня 2007 года в 26 из 27 государств-членов Евросоюза.

Конечно, тот факт, что компании держатся за свои деньги, а не выплачивают их в виде дивидендов, сигнализирует, что они ожидают возврата инвестиционных возможностей. Это гораздо более позитивная ситуация, чем, к примеру, в Японии, где компаниям попросту не хватает наличности для инвестиций. Но европейские компании все еще не решаются инвестировать, несмотря на низкие процентные ставки, тем самым удерживая уровень частных инвестиций значительно ниже своего предыдущего пика.

Правительства могут помочь убедить компании, чтобы те пустили в ход свою наличность, устранив такие регулятивные барьеры как зонирование в розничной торговле и множество требований в строительном секторе, начиная от высоты потолков и заканчивая размерами лестниц. Они должны также учитывать отсутствие единых стандартов по внутренним границам Европы: например, существует 11 отдельных сигнальных систем для железнодорожных грузов в странах ЕС-15 (в состав объединения входят 15 стран: Австрия, Бельгия, Дания, Финляндия, Франция, Германия, Греция, Ирландия, Италия, Люксембург, Нидерланды, Португалия, Испания, Швеция и Великобритания - Ред.).

Как правило, восстановление частных инвестиций затягивается во времени. В более чем 40 случаях в прошлом, когда ВВП падал, а частное инвестирование сокращалось на 10%, восстановление занимало в среднем пять лет 

После того как Швеция сделала ряд законодательных послаблений в секторе розничной торговли в 1990-х, страна показала сильнейший розничный рост производительности труда в Европе (опережая США) в период между 1995 и 2005 годами. Стандартизация и либерализация европейского телекоммуникационного сектора была подкреплена девятипроцентным ростом добавленной стоимости и производительности труда в этот период, по сравнению с 6% роста в США.

Крупнейшие возможности для обновленных частных инвестиций скрываются в капиталоемких отраслях, в которых государство имеет значительное присутствие в качестве регулятора. Речь идет о целевых микроэкономических реформах, которые уменьшают или устраняют барьеры на пути частных инвестиций, тем самым стимулируя нефинансовый корпоративный сектор к увеличению показателей роста европейского ВВП. Но важно, чтобы эта политика велась правильно.

Во-первых, правительства должны сосредоточиться на секторах, которые смогли бы вызвать возобновление инвестиций в масштабах, достаточно больших, чтобы повысить ВВП, и достаточно быстро, чтобы частные инвестиции поспособствовали восстановлению. Правительства часто увлекаются инновационными секторами, к примеру, полупроводниками, которые составляют лишь очень небольшую долю от общего объема инвестиций. Политики, возможно, пожелают развивать эти отрасли в качестве катализатора для инноваций, но они не должны ожидать, что такие инициативы в одиночку могут стимулировать восстановление частных инвестиций.

В действительности, строительство и недвижимость являются наиболее перспективными отраслями, поскольку на них приходится примерно одна треть европейских инвестиций в основной капитал и более чем 17 млн. рабочих мест. И хотя в таких странах как Греция, Ирландия, Испания, в некоторых восточноевропейских странах, и даже в Италии, Швеции и Великобритании эти секторы будут восстанавливаться до докризисного уровня еще много лет, тем не менее, возможности для дальнейших инвестиций существуют.

Для удовлетворения амбициозных целей Европы в сфере энергетики к 2020 году, модернизации существующих зданий и повышения энергоэффективности новых, в том числе использования новейших энергосберегающих материалов и оборудования, может потребоваться примерно 37 млрд. евро дополнительных ежегодных инвестиций в период до 2030 года. В большинстве европейских стран необходимо стимулировать вливание частных инвестиций в такие крупные секторы как местные услуги и транспорт.

Правительствам, тем не менее, необходимо понимать барьеры на пути инвестиций: регулятивные неудачи; слабые инструменты реализации, в том числе для финансового и человеческого капитала; слабая инфраструктура и некачественные технологии. Именно здесь - на уровне исполнительной власти - правительства часто работают плохо. Слишком часто они тратят деньги на поддержку проектов частного сектора, которые не в состоянии обеспечить положительную доходность экономике в целом.

Для того, чтобы делать это правильно, следует придерживаться трех жизненно важных принципов: поддержка инициатив на самом высоком политическом уровне; участие всех заинтересованных сторон в принятии решений относительно того, какие действия следует предпринять и какие есть способы их реализации; а также создание небольших, мощных исполнительных единиц с четкими полномочиями для координации действий.

Европейские лидеры должны поставить частные инвестиции во главу своей стратегии роста. Заседание Европейского совета 7 февраля является идеальной возможностью для того, чтобы положить этому начало.



Эрик Лабайе, президент McKinsey Global Institute

©Project Syndicate, 2013

Если Вы заметили орфографическую ошибку, выделите её мышью и нажмите Ctrl+Enter

Новости партнеров