Советы от Коичи Хамады, специального экономического советника премьер-министра Японии Синдзо Абэ

Постепенный выход Федеральной резервной системы США из так называемого количественного смягчения (QE) ‑ неограниченных покупок долгосрочных активов – беспокоит финансовые рынки и политиков, а дебаты об оттоках капитала из развивающихся стран и резком падении цен на активы заняли доминирующую позицию среди политиков всего мира. Однако, учитывая, что большинство крупных экономик работает в режиме гибкого обменного курса, эти переживания в значительной степени не обоснованы.

Логика, стоящая за страхом перед "сужением" QE ФРС, проста. В Соединенных Штатах, как и в других развитых странах, в частности Великобритании и Японии, нетрадиционная денежная политика вызвала снижение внутренних процентных ставок. Международные финансовые рынки были наводнены ликвидностью. В погоне за большей прибылью инвесторы вывели эту ликвидность – в основном в виде краткосрочного спекулятивного капитала ("горячих" денег) – в развивающиеся рынки, создавая давление на их обменные курсы и подпитывая риски возникновения пузырей активов. Таким образом, выход ФРС из QE будет сопровождаться разворотом потока капитала, увеличивая стоимость займов и препятствуя росту ВВП.

Изменение политики ФРС может повредить странам, которые поддерживают фиксированный или (как Китай) "контролируемый плавающий" обменный курс

Разумеется, согласно этой логике не все развивающиеся рынки в равной степени уязвимы. Среди наиболее уязвимых стран находятся Турция, Южная Африка, Бразилия, Индия и Индонезия – так называемая "Хрупкая пятерка". Каждая из этих стран характеризуется идентичными фискальными дефицитами и дефицитами текущего счета, высокой инфляцией, в придачу к неустойчивому росту ВВП.

Эта логика была бы оправдана, если бы мир работал с фиксированными курсами обмена валюты, а правительства бы привязывали официальные курсы своих валют к определенной иностранной валюте или цене на золото. В таких условиях сокращение денежной массы (или замедление расширения) возымеет рецессивное (или менее стимулирующее) воздействие на экономики других стран.

Реальность такова, что при режиме гибкого обменного курса конкурентная девальвация не ведет к нежелательным дисбалансам

Однако при гибких валютных курсах сокращение денежно-кредитной политики крупной экономики будет стимулировать другие экономики в краткосрочной перспективе, в то время как увеличение денежной массы может повредить их работе. (Необходимо отметить, что в среднесрочной или долгосрочной перспективе увеличение денежной массы может способствовать росту внутреннего производства и торговли, тем самым формируя позитивное воздействие).

После распада Lehman Brothers в 2008 году быстрое увеличение денежной массы в США и Великобритании вызвало резкое укрепление японской иены, а также валют некоторых других развивающихся стран. Короче говоря, именно QE и заслуживает беспокойства, а не его прекращение.

Разумеется, изменение политики ФРС может повредить странам, которые поддерживают фиксированный или (как Китай) "контролируемый плавающий" обменный курс. Кроме того, более слабые экономики еврозоны, такие как Греция и Испания, которые предпочли бы более сильное денежно-кредитное стимулирование, нежели их более конкурентные соседи по Европе готовы принять, также могут пострадать. Однако, учитывая то, что эти страны решили придерживаться фиксированного обменного курса, ФРС не может быть реально обвинена в последствиях.

При гибком обменном курсе страна может компенсировать рецессивное влияние денежно-кредитного смягчения соседней страны, используя собственную независимую денежно-кредитную политику

Действительно, ФРС и другие центральные банки развитых стран не должны обвиняться в негативных последствиях роста денежной массы. Например, смелое снятие денежных ограничений в Японии было одним из важнейших элементов стратегии премьер-министра Синдзо Абэ по подъему японской экономики после более чем десятилетнего спада. И это привело к заметному восстановлению.

Проблема заключается в том, что эта политика также вызвала обесценивание иены, что привело соседние страны к обвинениям Японии в проведении политики "Разори соседа". Точно так же чиновники развивающихся рынков выступили с предостережениями, что увеличение денежной массы в США и Соединенном Королевстве вызовет волну конкурирующих девальваций валют. А министр финансов Бразилии Гвидо Мантега зашел достаточно далеко, чтобы обвинить ФРС и Банк Англии в развязывании полномасштабной "валютной войны".

Вместо того, чтобы жаловаться на действия ФРС, политикам развивающихся стран необходимо разработать стратегии компенсации побочных последствий для их собственных экономик

Однако хотя подобная экспансионистская политика и может оказывать рецессивное влияние на экономики других стран, современная теория международного финансирования говорит нам, что понятие "валютной войны" является мифом. Реальность такова, что при режиме гибкого обменного курса конкурентная девальвация не ведет к нежелательным дисбалансам. Напротив, она может поддержать восстановление в участвующих странах.

Фактически, девальвация национальной валюты имела решающее значение в прекращении Великой депрессии. Как в 1984 году продемонстрировали Барри Айхенгрин и Джеффри Сакс, в то время как отказ от золотого стандарта привел к немедленному негативному воздействию, он быстро стимулировал восстановление. А первые страны, девальвировавшие свои валюты, вышли из депрессии раньше других.

Именно QE и заслуживает беспокойства, а не его прекращение

Дело в том, что при гибком обменном курсе страна может компенсировать рецессивное влияние денежно-кредитного смягчения соседней страны, используя собственную независимую денежно-кредитную политику, руководствуясь тщательно отобранными показателями таргетирования инфляции. Если бы все страны приняли подобный подход, вся глобальная экономика осталась бы в выигрыше.

Работая над возрождением внутренней экономики, ФРС, как и любой другой центральный банк страны, просто выполняет свой мандат. Вместо того чтобы жаловаться на ее действия, политикам развивающихся стран необходимо разработать стратегии компенсации побочных последствий для их собственных экономик. В конце концов, они обладают необходимыми инструментами.

Коичи Хамада,
специальный экономический советник премьер-министра Японии Синдзо Абэ,
профессор экономики Йельского университета,
почетный профессор экономики в Университете Токио

Project Syndicate, 2014

Материалы, публикуемые в разделе "Мнения", отражают исключительно точку зрения их авторов и могут не совпадать с позицией редакции портала ЛІГА.net и Информационного агентства "ЛІГАБізнесІнформ".
Если Вы заметили орфографическую ошибку, выделите её мышью и нажмите Ctrl+Enter.

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ